Дмитрий стоял у приоткрытой двери, пальцы впивались в косяк, костяшки побелели. Он видел всё через трёхсантиметровую щель — как Андрей стоял за его женой, как его толстый хуй медленно исчезал в её анусе, раздвигая стенки, которые уже не могли сжиматься нормально. Сперма стекала по её бедру, смешиваясь с потом и смазкой, и Дмитрий смотрел, не моргая, на то, как разъёбанная дыра его жены принимала чужой член.
Наташа стояла на коленях, лицом к кровати, её рот был занят членом Фархада. Она всхлипывала, когда Андрей вгонял свой хуй до упора, каждый толчок выбивал из неё приглушённый звук, который утопал в горле Фархада. Её груди качались в такт ударам, мокрые от пота, соски тёрлись о простыни, и она не могла ничего сделать — только принимать, пока друзья мужа трахали её в обе дыры.
Дмитрий видел, как Андрей наклонился вперёд, его потный торс прижался к спине Наташи. Андрей что-то прошептал ей на ухо — Дмитрий не слышал слов, но видел, как его жена дёрнулась, как её слёзы потекли быстрее. Андрей выпрямился, схватил её за бёдра и начал вбиваться быстрее, жёстче, его член мокро хлюпал внутри неё при каждом толчке.
Фархад отпустил голову Наташи, позволяя ей отстраниться и глотнуть воздуха. Она закашлялась, сплёвывая слюну и сперму на пол, её голос сорвался в хриплый стон. Фархад схватил её за подбородок, поворачивая её лицо к двери, заставляя её смотреть туда, где стоял её муж.
— Смотри, — прошептал Фархад, его голос был тихим, но в тишине комнаты он прозвучал как приказ. — Твой муж смотрит. Видишь его?
Наташа подняла глаза. В щели двери она увидела знакомые очки, знакомые серые глаза, которые она целовала каждое утро. Дмитрий не отводил взгляд. Он смотрел, как она стоит на коленях, раздвинутая, мокрая, с членом в заднице и спермой на губах.
— Не смотри, — прошептала она, но голос прозвучал сдавленно, слабо. — Дима, не смотри.
Андрей не остановился. Он вогнал свой хуй глубже, наклонился и схватил Наташу за волосы, оттягивая её голову назад. Его грудь прижалась к её спине, он дышал тяжело, грязно, горячо ей в ухо.
Дмитрий не мог пошевелиться. Его рука медленно опустилась вниз, коснулась ширинки. Он не заметил, когда это произошло — просто его пальцы уже расстёгивали пуговицу, и он чувствовал, как его собственный член твердел под тканью, пульсировал в такт каждому толчку Андрея внутри его жены.
— Ты кончаешь, сука, — прорычал Андрей, ускоряя темп. Его бёдра шлёпали по мокрой коже, звук был влажным и мерзким, и Дмитрий видел, как Наташа зажмурилась, как её тело дёрнулось в очередном спазме.
Она кончила. Дмитрий знал это по тому, как её спина выгнулась, как её пальцы вцепились в простыни, как она застонала, не сдерживаясь — гортанный, животный звук, которого он никогда от неё не слышал. Андрей зарычал, вбился ещё несколько раз и замер, кончая глубоко внутри неё, заполняя её анус горячей спермой, которая уже начала вытекать, смешиваясь с тем, что было раньше.
Фархад ждал. Он стоял перед Наташей, его член всё ещё был твёрдым, влажным от её слюны, и он посмотрел на дверь. На Дмитрия.
— Заходи, — сказал Фархад. Не вопрос. Не предложение. Приказ.
Дмитрий сглотнул. Его пальцы всё ещё были на ширинке, его член пульсировал под тканью, и он смотрел на жену, которая стояла на коленях, вся в сперме, с потеками туши на щеках, с разорванным анусом, из которого вытекало содержимое сразу нескольких членов. Она подняла на него глаза — мокрые, красные, полные стыда.
Но она не сказала «уйди». Она не сказала «не надо».
Дмитрий толкнул дверь.